кафедра болезней старения, Москва 117997, ул. Островитянова 1;
ОСП «Российский геронтологический научно-клинический центр», 129226, Москва, ул. 1-я Леонова, 16
Department of age-related diseases, 1, Ostrovitianov street, Moscow 117997;
Russian Gerontological Research and Clinical Center, 16, 1st Leonov street, Moscow 129226
ОСП «Российский геронтологический научно-клинический центр»,
129226, Москва, ул. 1-я Леонова, 16
Russian Gerontological Research and Clinical Center,
16, 1st Leonov street, Moscow 129226
кафедра болезней старения, Москва 117997, ул. Островитянова 1;
ОСП «Российский геронтологический научно-клинический центр», 129226, Москва, ул. 1-я Леонова, 16
Department of age-related diseases, 1, Ostrovitianov street, Moscow 117997;
Russian Gerontological Research and Clinical Center, 16, 1st Leonov street, Moscow 129226
ОСП «Российский геронтологический научно-клинический центр»,
129226, Москва, ул. 1-я Леонова, 16
Russian Gerontological Research and Clinical Center,
16, 1st Leonov street, Moscow 129226
ОСП «Российский геронтологический научно-клинический центр»,
129226, Москва, ул. 1-я Леонова, 16
Russian Gerontological Research and Clinical Center,
16, 1st Leonov street, Moscow 129226
ОСП «Российский геронтологический научно-клинический центр»,
129226, Москва, ул. 1-я Леонова, 16
Russian Gerontological Research and Clinical Center,
16, 1st Leonov street, Moscow 129226
ОСП «Российский геронтологический научно-клинический центр»,
129226, Москва, ул. 1-я Леонова, 16
Russian Gerontological Research and Clinical Center,
16, 1st Leonov street, Moscow 129226
Цель исследования – оценка структуры и влияния хронической боли (ХБ) на функциональный статус пациентов с гериатрическими синдромами.
Пациенты и методы. В исследование включено 370 гериатрических пациентов, которые были распределены в две группы. В группу А вошли 300 больных (средний возраст 75,1±8,25 года) с ХБ, а в группу В – 70 лиц сопоставимого возраста (75,1±7,75 года) без ХБ. У всех участников исследования выявлена полиморбидность: индекс Charlson составил 5,55±1,59 балла в группе А и 5,56±1,64 балла в группе В (р=0,963). Всем пациентам проводилась комплексная гериатрическая оценка (КГО) для определения функционального статуса и диагностики гериатрических синдромов.
Результаты и обсуждение. По данным КГО синдром старческой астении выявлен у 127 (42,3%) пациентов с ХБ и у 20 (28,6%) без ХБ (р=0,035). Среднее число гериатрических синдромов в группе А равнялось 7,06±2,68, в группе В – 5,2±1,8 (р<0,001).
Пациенты группы А отличались от лиц без ХБ существенно большей степенью зависимости в повседневной жизни (индекс Бартел) и более низким баллом батареи тестов физического функционирования.
Заключение. У пациентов с ХБ установлены худшее физическое функционирование и большая степень зависимости от окружающих в повседневной жизни. При планировании наиболее эффективных комплексных стратегий лечения и предупреждения обострений ХБ необходимо учитывать функциональный статус пожилых пациентов.
Objective: to assess the structure and influence of chronic pain (CP) on the functional status of patients with geriatric syndromes.
Patients and methods. The study included 370 geriatric patients who were divided into two groups. Group A included 300 patients (mean age 75.1±8.25 years) with CP, and group B – 70 subjects of comparable age (75.1±7.75 years) without CP. All study participants were found to have polymorbidity: the Charlson index was 5.55±1.59 points in group A and 5.56±1.64 points in group B (p=0.963). All patients underwent a comprehensive geriatric assessment (CGE) to determine the functional status and diagnose geriatric syndromes.
Results and discussion. According to the CGE data, senile asthenia syndrome was detected in 127 (42.3%) patients with CP and in 20 (28.6%) patients without CP (p=0.035). The average number of geriatric syndromes in group A was 7.06±2.68, in group B – 5.2±1.8 (p<0.001).
Group A patients differed from those without CP in a significantly higher degree of dependence in daily life (Bartel index) and a lower score on the Physical Performance Battery.
Conclusion. Patients with CP have poorer physical functioning and a greater degree of dependence on others in their daily life. When planning the most effective complex strategies for the treatment and prevention of CP exacerbations, it is necessary to take into account the functional status of elderly patients.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.