Александр Валерьевич Розов
115522, Москва, Каширское шоссе, 34А
Alexander Valerievich Rozov
34A, Kashirskoe Shosse, Moscow 115522
115522, Москва, Каширское шоссе, 34А
34A, Kashirskoe Shosse, Moscow 115522
115522, Москва, Каширское шоссе, 34А; 125993, Москва, ул. Баррикадная, 2/1, стр. 1
34A, Kashirskoe Shosse, Moscow 115522; 2/1, Barrikadnaya Street, Build. 1, Moscow 125993
С появлением более эффективных консервативных методов лечения ревматоидного артрита (РА) на приеме у хирургов-ортопедов все реже встречаются пациенты с тяжелыми деформациями кисти. Тем не менее при выраженных изменениях суставов кисти единственным методом восстановления их функции является хирургическое вмешательство. Широко распространенные ранее методики артродеза начинают уступать место современным мягкотканным суставосберегающим операциям, позволяющим предотвратить развитие тяжелых деформаций и сохранить функцию кисти.
Цель исследования – сравнить функциональные результаты операций по транспозиции локтевого и длинного лучевого разгибателей запястья (ECU + ECRL) и артродеза лучезапястного сустава у больных РА.
Материал и методы. В исследование было включено 58 больных с достоверным диагнозом РА. Большинство пациентов (93%) составили женщины с длительностью заболевания от 4 до 6 лет, средний возраст – 46,3±14,6 года. Все пациенты были серопозитивны по ревматоидному фактору, большинство имели III и IV рентгенологические стадии РА по Штейнброкеру, IV рентгенологическую стадию по Larsen. У пациентов отмечалась преимущественно умеренная активность заболевания. С 2021 по 2023 г. 21 пациенту выполнена операция ECU + ECRL и 37 – операция артродеза лучезапястного сустава. Группы были сопоставимы по основным клиническим характеристикам. Срок наблюдения за пациентами после операции достигал в среднем 6 мес.
Результаты и обсуждение. Средний балл DASH в группе транспозиции ECU + ECRL составил 38,3±10,12, тогда как в группе артродеза – 47,45±16,92 (р<0,05). В позднем послеоперационном периоде (через 6 мес) у всех пациентов отмечалась положительная динамика по визуальной аналоговой шкале, которая была сравнима в обеих группах: в группе ECU + ECRL – 2,66±1,49 см, в группе артродеза – 3,0±1,6 см. Объем движений в лучезапястном суставе в группе ECU + ECRL значительно превосходил таковой в группе артродеза (р<0,05). При контрольном осмотре в послеоперационном периоде отмечено существенное улучшение качества жизни по шкале EQ-5D как в группе ECU + ECRL (0,686), так и в группе артродеза (0,625), р<0,05.
Заключение. Операцию Х-образной пластики сухожилий разгибателей для стабилизации суставов запястья следует рассматривать в качестве перспективной методики, позволяющей уменьшить боль, улучшить функциональный статус и качество жизни пациентов.
With the advent of more effective conservative methods of treating rheumatoid arthritis (RA), patients with severe hand deformities are being treated less and less by orthopaedic surgeons. However, when significant changes occur in the hand joints, surgery is the only method to restore their function. The previously widespread arthrodesis procedures are gradually giving way to modern soft tissue joint-preserving surgeries that prevent the development of severe deformities and preserve hand function.
Objective: to compare the functional outcomes of extensor carpi ulnaris and extensor carpi radialis longus transposition surgery (ECU+ECRL) and wrist joint arthrodesis in patients with RA.
Material and methods. The study included 58 patients with a confirmed diagnosis of RA. Most patients (93%) were women with a disease duration of 4 to 6 years, the mean age was 46.3±14.6 years. All patients were seropositive for rheumatoid factors, most had radiological stages III and IV of RA according to Steinbrocker, radiological stage IV according to Larsen. Most of the patients had moderate disease activity. From 2021 to 2023, 21 patients underwent ECU + ECRL surgery and 37 patients underwent arthrodesis of the wrist joint. The groups were comparable in terms of key clinical characteristics. The average follow-up time after surgery was 6 months.
Results and discussion. The mean DASH score in the transposition group (ECU + ECRL) was 38.3±10.12, while in the arthrodesis group it was 47.45±16.92 (p <0.05). In the late postoperative period (after 6 months), all patients showed a positive dynamics according to the visual analogue scale, which was comparable in both groups: in the ECU + ECRL group – 2.66±1.49 cm, in the arthrodesis group – 3.0±1.6 cm. The range of motion of the wrist was significantly greater in the ECU + ECRL group than in the arthrodesis group (p <0.05). At the follow-up examination in the postoperative period, a significant improvement in quality of life according to the EQ-5D was found in both the ECU+ECRL group (0.686) and the arthrodesis group (0.625), p<0.05.
Conclusion. X-shaped extensor tendon plastic surgery for wrist joint stabilization should be considered a promising technique that can reduce pain and improve patients' functional status and quality of life.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.