Андрей Викторович Гордеев
Россия, 115522, Москва, Каширское шоссе, 34А
Andrey Viktorovich Gordeev
34A, Kashirskoe Shosse, Moscow 115522, Russia
Россия, 115522, Москва, Каширское шоссе, 34А
34A, Kashirskoe Shosse, Moscow 115522, Russia
Россия, 115522, Москва, Каширское шоссе, 34А
34A, Kashirskoe Shosse, Moscow 115522, Russia
Россия, 115522, Москва, Каширское шоссе, 34А
34A, Kashirskoe Shosse, Moscow 115522, Russia
У больных ревматоидным артритом (РА) при наличии факторов риска вероятность возникновения и прогрессирования сердечно-сосудистых заболеваний (ССЗ), как и риск смерти от них, повышены по сравнению с общей популяцией.Цель исследования – сравнительное изучение особенностей фармакотерапии РА у пациентов с наличием и отсутствием ССЗ.Материал и методы. В анализ включено 1074 больных РА, которые были разделены на три группы. В группу А вошли пациенты с наличием ССЗ (n=551, 48,7%), в группу В – без ССЗ (n=523, 51,3%), в группу С – больные из группы В, сопоставимые по возрасту и длительности РА с пациентами из группы А (n=241, 22,4%). На основании медицинской документации была сформирована «лекарственная карта» пациента, оценено наличие неблагоприятных реакций и сопутствующих заболеваний. Для определения профиля и тяжести сопутствующей патологии использован индекс CIRS.Результаты и обсуждение. Больные группы А по сравнению с пациентами группы В были старше (57,8±11,2 года; р<0,0001), среди них было больше мужчин (отношение шансов, ОШ 1,7; 95% доверительный интервал, ДИ 1,2–2,4; р=0,001) и у них зарегистрирована большая длительность РА (медиана 11 [5; 19] лет; р=0,0003). Индекс мультиморбидности CIRS в группе А оказался выше, чем в группе С (р<0,0001), а индекс тяжести был сопоставимым. Структура и длительность предшествующей базисной терапии в группах не различались, в группе А на момент анализа больные значимо чаще не получали синтетические базисные противовоспалительные препараты (сБПВП) по сравнению с пациентами группы В (ОШ 1,4; 95% ДИ 1–1,8; р=0,04), но в группах А и С значимых различий по этому показателю не выявлено (p>0,05). Частота и длительность использования глюкокортикоидов (ГК) в группах А и С также значимо не различались. Между группами не было различий по частоте применения генно-инженерных биологических препаратов (ГИБП) и таргетных сБПВП, но у пациентов с ССЗ начало такой терапии приходилось на более старший возраст, чем в группах В (р<0,0001) и С (р=0,002). Длительность использования ингибиторов интерлейкина 6 (иИЛ6) в группе А была меньше, чем в группах В (р=0,0007) и С (р=0,004). Неэффективность ингибиторов фактора некроза опухоли á в анамнезе в группе А встречалась реже, чем в группе С (ОШ 0,3; 95% ДИ 0,1–0,8; р=0,005).Заключение. Терапия основными группами противоревматических препаратов проводилась преимущественно в соответствии с существующими рекомендациями. Выявлены и нежелательные тенденции: частое использование лефлуномида, позднее начало терапии ГИБП и неоправданно меньшая продолжительность применения иИЛ6 у пациентов с ССЗ. Достоверных данных об ассоциации приема ГК и нестероидных противовоспалительных препаратов с ССЗ в нашем исследовании не получено.
The likelihood of occurrence and progression of cardiovascular diseases (CVD) and the risk of death from them is increased in patients with rheumatoid arthritis (RA) in the presence of risk factors compared with the general population.Objective: comparative study of the characteristics of RA pharmacotherapy in patients with and without CVD.Material and methods. The analysis included 1074 RA patients who were divided into three groups. Group A included patients with CVD (n=551, 48.7%), Group B included those without CVD (n=523, 51.3%), and Group C included patients from Group B comparable in age and RA duration to patients from Group A (n=241, 22.4%). Based on medical records, a patient “medication chart” was compiled; the presence of adverse reactions and concomitant diseases was assessed. The CIRS index was used to determine the profile and severity of comorbid conditions.Results and discussion. Patients in Group A compared with those in Group B were older (57.8±11.2 years; p<0.0001), included more men (odds ratio, OR 1.7; 95% confidence interval, CI 1.2–2.4; p=0.001), and had a longer RA duration (median 11 [5; 19] years; p=0.0003). The CIRS multimorbidity index in Group A was higher than in Group C (p<0.0001), while the severity index was comparable. The structure and duration of prior foundational therapy did not differ between the groups; at the time of analysis, patients in Group A significantly more often did not receive conventional synthetic disease-modifying antirheumatic drugs (csDMARDs) compared with patients in Group B (OR 1.4; 95% CI 1–1.8; p=0.04), but no significant differences were found between Groups A and C for this parameter (p>0.05). The frequency and duration of glucocorticoid (GC) use in Groups A and C also did not differ significantly. There were no differences between the groups in the frequency of use of biologic DMARDs (bDMARDs) and targeted csDMARDs; however, in patients with CVD, initiation of such therapy occurred at an older age than in Groups B (p<0.0001) and C (p=0.002). The duration of interleukin-6 inhibitor (IL-6i) use in Group A was shorter than in Groups B (p=0.0007) and C (p=0.004). A history of tumor necrosis factor á inhibitor inefficacy in Group A was less common than in Group C (OR 0.3; 95% CI 0.1–0.8; p=0.005).Conclusion. Therapy with the main groups of antirheumatic drugs was carried out predominantly in accordance with existing recommendations. Undesirable trends were also identified: frequent use of leflunomide, later initiation of bDMARD therapy, and an unjustifiably shorter duration of IL-6i use in patients with CVD. No reliable data on the association of GC and nonsteroidal anti-inflammatory drugs with CVD were obtained in our study.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.